12.05 Высота - 432 метра. Да, да, пусть стада матрасных барашков" ползут на заклание официальным путём - Средней улицей - на восток. Мы же пойдём не совсем согласно учению шакала Табаки, - "на север", но на запад. Хилая тропа ныряет в густыеP заросли, огибает заросшие поясной травой фрагменты грезящих о раскопках фундаментов и вновь возвращается к обрывам. Всеми клеточками организма пьём простор, настоянный на ароматах весенних цветов и полыни. Вслушиваемся в махровое гудение шмелей, как дети малые радуемся макам, ромашкам, мышиным гиацинтам, оранжевым искоркам сухих можжевеловых ягод. Разум, отделившись от тела, парит в воздушных потоках - а куда ж ему, болезному, деваться, когда от соседнего лесочка тебя отделяет сотня-другая метров прозрачной, как самое сердце алмаза, пустоты? Полный и окончательный катарсис.
В узком стреловидном каменном мешке за Южными воротами такая теснота, что хоть ретроспекцию "штурм Чуфут-Кале сарацинами" в формате HDTV снимай. Самый настоящий Броуновский хадж, приходится пихаться локтями. "Земноводная хранительница продолжает бушевать по поводу бессовестно пощипанного кошелька. Не будь со мной двух неофитов, хренушки бы кассирша дармовыми дензнаками разжилась. Грубая мостовая ведёт чуть вверх, чтобы тут же ступенчато завернуть влево. Пока Киса с Тимофеем Анатольевичем тешат органы чувств четырёхэтажными чертогами хозяйственно-дозорного комплекса, осматриваю самые южные гроты городища. Табличек "Опасно, проход запрещён" больше нет, но если внимательно разглядывать то и дело просыпающиеся тонким песочком трещины сводов, легче от этого почему-то не становится.
10.47 Высота - 290 метров. Прочие восходильцы смотрят на нас, как на подвинувшихся черепицей. Им почему-то кажется, что правильная дорога на Чуфут-Кале всего одна. Хи-хи-хи. Не разменивая подъём на перепыхи, достигаем торгующих сувенирами и безалкогольными напитками бабуц. Шуткой-улыбкой определив самую контактную (а так же обременённую тяжёлым товаром и усиленную компактным беспородным "волкодавом"...), вручаем на ответственное хранение рюкзаки. Свобода! И - лёгкий шок у билетных касс. Я даже забываю сфотографировать обитые кованым железом дубовые воротины: 30 гривен за взрослый билет?!! Да в княжестве Феодоро за такие оброки, бывало, и на кол сажали. Как сейчас помню. Вот, почему наша интеллектуальнаяP "камера хранения" допытывалась, есть ли у Тимофея Анатольевича ученический билет... Да хоть бы и был, поди, объясни, что означает напечатанное на латинице "Carnet de elev"
Подъём берём с заметным ускорением и это добрый знак: мою маленькую команду можно признавать годной.Преодолевать пятьдесят девять ступеней Успенского монастыря не спешу: опасаюсь нагрубить братьям во Христе за построение глинобитно-стеклопакетной цивилизации. А ведь какие здесь были гроты, какие навесы... Какой простор и какая примиряющая со всей вселенной тишина... Тогда я был отнюдь не прочь стать монахом. А сейчас... тьфу. Даже выписанные на скалах иконы и те начисто перерисовали, демоны Затяжная парабола вниз, мимо кладбища воинов, погибших при обороне Севастополя, мимо вековых орехов, к расширению ущелья, остаткам кафетерия и заросшей боковой балке, где двадцать один год назад поглощались наши первые в Крыму шашлыки. И здесь россыпь торговых палаток: травы, сувениры, еда, путеводители, средиземноморская подводная дребедень. У-би-ва-ть! Колдобины, попранные миллионами ног. Нежные объятья лесной прохлады. Влага, перебегающие путь улитки, первые держидеревья и нудный фальцет жаждущего моей крови комара. Угощайся, родимый. Только смотри, не лопни, если хоботом своим в артерию попадёшь. Притормаживаю на развилке, чтобы получше вжиться в образ ХАМмера и нужным тоном вопросить: "догадайтесь, нам куда?". Тимофей Анатольевич в теме, мгновенно забирает влево и, привычно выципив из всего многообразия гуманных вариантов "сокращёнку сокращёнки", ломит в лоб к потайным воротам Иудейской Твердыни. Я люблю эту жизнь!
А вот это креативно по настоящему: ворота ресторана, что прямо по курсу, обрезаны снизу сантиметров на сорок, и к ним пришлёпаны грубые деревянные катки-колёса. Рационализаторы, етить их в Авторское свидетельство. Впрочем, ресторан тут же забыт: слева, с аспидно-чёрной от многолетнего мха скалы кубарем валится водопад, ничуть не уступающий мощью и красотой осеннему Козырьку. Ай да Староселье! Жалко, столбы вокруг и бельё сушится.P Под рассказ Кисы о прошлогодних приключениях в Черноречке километры бегут быстрее. Узкая долина распадается на два рукава. Асфальт забирает вправо, ширится стоянкой автобусов. Крики "ай, захади, вкусна покушаишь!" оглушают, принуждая отнюдь не по библейски возжелать худого ближнему. "Маркитантских" палаток в устье ущелья Марьям-Дере без счёта. Покупателей тоже: немчура, янки, поляки, даже пару дальне- или юго-восточных узкоглазиков. Поляки, что приятно, при внушительных рюкзаках. Протискиваемся сквозь вязкую цветастую среду, влачимся на подъём. Вслух вспоминаю времена, когда палатки были из зелёного брезента и весили по 7-8 килограммов, слово "пена" знали только матёрые альпинисты, а дюралевый каркас "Ермака" был признаком высшей касты. Кто бы сейчас осмелился запихать мне в рюкзак полномерные ласты, маску, надувной матрас (не путать с новомодными терм-а-рестами!) и банок пять-шесть тушёнки, не долго бы задержался на этом свете. Самый максимум - до первого обрыва Чуфутки.
Где ещё встретишь очаровательную тесноту слияния столовых гор и помнящей славные времена цивилизации? Гроты и следы былых обвалов, дыры от выкрошившихся стропил несуществующих построек, ржавые остовы Жигулей и поленицы, потрошащие обочины куры и коровы с юными пастушками, оазисы полевых цветов и весёлое журчание скатывающегося по узкому кулуару ручья. И вдруг - новострой. Да нет, не новострой, а насилие над историей. Кому только могли помешать красивые стрельчатые окна с мозаичными стёклами? Замазанный сухой смесью фасад старого дома таращится новёхонькими белыми стеклопакетами. Вырвите у человека живые глаза и вставьте взамен цветные стекляшки, пусть даже драгоценные... Тошнит...
10.11 Высота - 197 метров.Раскланявшись с просушивающими инвентарь небритыми спасателями, я обогнул заляпанный свежей грязью Газик, ангажированный завтра трансферить Мисти сотоварищи в район Новоульяновки, шлёпнул в GPS текущие координаты и,P ни на что больше не отвлекаясь, потрусил назад к Сараю Дворцу. Ждать рейсовую маршрутку, чтобы подъехать пару километров до поворота в балку Марьям-Дере и Успенскому монастырю дюже уж смахивало на "Покатушки со Смотрящим". Потопали пешком не чтобы размяться, но потому, что убелённый сединами времени Бахчисарай этого глубокого реверанса заслуживал.
Дежурный ставил печати, карябал всякие разные буквы, попутно успевая снимать с учёта другие группы и рассказывать мне, как они вчера в мокрый снег снимали с Ай-Петринской яйлы подмороженных заблудильцев из России.P В крохотной захламленной дежурке пахло тушёнкой, спитым чаем, влажной псиной старых спальников и - неожиданно - незнакомыми целебными травами. Руки у спасателя были мозолистыми и исцарапанными колючками, светлые короткие кудри непослушными, а глаза голубыми, как уже начавшее выцветать июньское небо. Маленькие аккуратные буковки, налезая одна на другую, втискивались в длинные линованные ячейки успевшего пожелтеть и засалиться по углам гроссбуха формата A3. Вопросов по теме было задано ни единого. Интересно, изменилось бы что, впиши мы ненароком в маршрутный лист пикничок в "Дубраве-2".
10.01 Высота - 205 метров. Те же самые "грабли", но только с полированной ручкой. Об улице Карла Маркса, 31 в славном граде Бахчисарае никто и слыхом не слыхивал. Прекращаю понтоваться по-городскому и задаю вопрос в лоб: - Спасатели у вас где? В яблочко. Значит, отсюда по асфальту вдоль речки, потом в сторону от речки, потом снова вдоль речки, а там... разберётесь? Договорились. Шёл я, значит, шёл, шёл, шёл... И по речке, и без речки, чувствую - ни в какую не разбираюсь. Дома вокруг всё обшарпанней, огороды их вельможным сорнячеством буйно позарастали, а речка Кучук-Ашлама, зараза, так вообще побулькала себе побулькала, да и шасть под накренившийся деревянный забор. Только её и видели. Людей вокруг шиш десятых, у собак, что по подворотням жмутся, что на уме, то и на языке. Когда сменившая асфальт на грунт улица усохла до состояния ускользающей в кусты тропы, я по скорому договорился с собой, что в Крымских горах и без маршрутного листа ништяк. Заповедное, по всему, местечко этот Бахчисарайский Спасательный Отряд: ни тебе табличек-указателей, ни жовто-блакитных прапорцов, хоть бы шлямбуров ржавых в углы попутных домов понабивали, что ли... А что до улицы Карла Маркса, 31, так она вообще, наверное, из отдела Секретных Материалов. Чтобы дважды одинаково не топтаться, я с первого же перекрёстка двинул по перпендикулярной улице, где и объявился укладывающий тротуарную плитку ангел-избавитель. Через две с половиной минуты уже оформлял документы. Вернее, смотрел военный парад на Красной площади.
Дома, вторые этажи которых консолями нависают над узкими, почти всегда безлюдными тротуарами. Дворец, похожий на сарай и магазины, мнящие себя дворцами. Турики, байкеры и Байкеры (ну те, что на бензине, в натурально-кожаных куртках и с животами для пива...). Шеренга цветных ларьков с сувенирами подпирает низкий берег ручья. Справа, за россыпью небогатых домиков - бередящая душу стена серого камня. Я не был здесь семь лет, но её рубчатые контуры и сползшие вниз ноздреватые останцы часто являлись во снах. Оставляю на усмотрение Кисы и Тимофея Анатольевича, кто первый идёт на экскурсию во Дворец, а кто сторожит "богатства". Подхожу к закамуфлированному по самое не могу руководителю группы пешеходников, увлечённо прилаживающему к поясу нож, своими ТТХ способный погрузить в пучину поражения даже самого Рембо. Здороваюсь. - Простите, а где здесь КСО? В ответ - голубые глаза размером с чайные чашки. Океюшки, с аббревиатурами у нас конкретный голяк. - Ну, Контрольно-Спасательный Отряд. Глаза становятся ещё круглее, примерно с колёса средневековой татарской арбы. Всё с вами понятно, гражданин руководитель Направляюсь к продавщицам туристических "артефактов" и прочей сопутствующей литературы. Строю вопрос по другому, с учётом, так сказать, социального статуса и семейного положения.
Катитесь, катитесь колёса, мимо татарских самозахватов и пирамидальных сосен, мимо рекламных щитов сантехники и авто-моек, мимо крутого поворота на Научный и предваряющего Дворец-Сад завода железобетонных изделий. Лихой вираж на кругу, тоска по бочке хлебного кваса. Киса веселой рысью скачет в магазин за лимонами... и мы "вороним" маршрутку до Староселья. Не очень то и хотелось пихаться. Вторая маршрутка снисходит быть полупустой, водитель к рюкзакам лоялен, а пассажиры... ну и фиг с ними, с пассажирами. Это пусть бахчисарайский Ночной Дозор за концентрацией ворончатых проклятий на душу населения следит, когда у молдаван отпуск, их рядовым "панаехали тут"ом на матерной основе не прошибёшь. Дома с каждым поворотом руля всё ниже, оконца всё меньше, а штукатурка и черепица так вовсе посыпались. Одно слово: Староселье. - Спасибо за день, спасибо за ночь, спасибо за сына и за дочь... - хороший у тебя репертуар, гражданин водитель. Респект, как говорится, и уважуха. Да ладно, сколько её там, той сдачи
Потрясённая глобальным кризисом гривна подобралась к пугающей отметке 10 за евро и 8 за доллар. Кому-то от этого худо, а молдаванам - прибыль. Ещё бы... за билеты в Крым по 40 кровных долларов с носа плачено, а обратные в пересчёте всего по 25 получаются. Ну-кась, ребяты, а чего у вас тут, в Украине, ещё по дешёвке прикупить можно? Ах, билеты Симферополь-Бахчисарай на автобус, следующий до Синапного? Снова шасть в подземный переход и бегом обратно: водитель уже багажник открыл. Стоп. Тут, в подземелье, шайтан-машина в рост человека вентиляторами гудит, можно счёт телефонный прогрессивным способом пополнить. Пополняли счёт - дай бог крепкого здоровья Биллушке Гейтсу с его окошками - мы минут пять-семь. Чует сердце сисадмина, шайтан-машина в фоновом режиме к бортовым серверам Черноморского Флота по заказу Службы Госбезопасности Украины ключики подбирает: кроме лёгкого подрагивания курсора мыши в ответ на нажатие тач-скрина - никакой реакции... Пришлось довольствоваться тем, что профессиональном жаргоне называется "хьюман воркфлоу": бойкая тётенька в джинсах у подземного перехода сидит, за одну гривну зарплаты счета пополняет. Тридцать секунд - и мы уже на связи.
8.15 Симферополь. В чём безусловное преимущество малых групп (читать "когда соображаешь на троих") - никого не приходится ждать. Дружно встали, хором оспасибили водителей, позволили друг другу себя оседлать, прорысили подземный переход. Спугнув сухонькую дворничиху, рухнули на троллейбусной остановке. Рынок еще не открылся, но уже благоухал солёной рыбой и парным мясом. Телефонных карточек в газетных киосках не значилось. Подступы к остановке толпа курсантов в парадной форме, все, как один, при букетах. Ветераны "иконостасами" боевых орденов бряцают... Батюшки-светы, до чего же я "сникерс"! Вот что дорога окаянная с изгнобленным трудовой деятельностью мозгом делает. Ведь праздник сегодня! С Днём Победы, дорогие товарищи!!! (хорошо поставленным голосом Левитана). Осуществлять валютные операции в столь знаменательный день ощущалось кощунством, но чего во имя утробы окаянной и своевременного возвращения домой не сделаешь...
Тихий городок Армянск в этой Вселенной посвятил себя одной единственной цели: застить рассвет. Приезжаешь ты на Полуостров ранним апрелем, поздним сентябрём или где-нибудь посередине, будь готов поскрипеть зубами на обросшие стихийно застеклёнными балконами многоэтажки, деловито заступившие пламенеющий окоём. Опасающиеся справедливого гнева публики водители весьма дальновидно удаляются питаться в кафе, а когда они возвращаются, чинить самосуд уже вроде как поздно: цвет ушёл, Солнце пальца на два-три от горизонта. Без десяти шесть, однако. Подъёмы предстоят ранние. Тимофей Анатольевич безмятежно посапывал. Без особого успеха попытавшись запихать задеревеневшие ноги под впередистоящее сиденье, я с завистью зыркнул через узкий проход, на свернувшуюся в клубок Кису. Ну почему, почему со вторым свободным сиденьем всегда везёт моему соседу или соседке?!! Надежд на второй тур дремоты было немного. Вытряхнем песочек из глаз да подышим воздухом. Армянск пахнул сыростью и жареным мясом, дешёвым растворимым кофе и полевыми цветами. Соединённые глубокими трещинами асфальта, лужи преграждали путь к открытым ларькам со сдобой и домашними вафельными тортиками. Сладостей не хотелось.PPP
Тахир Бедертдинов
Одни - пьют, другие - бабники, а эти всё норовят в горы...
М-да... Хороших мужей (в понимании женщины) не найти.
Чуфутирующая Тепезация масс
Инверсия Первая :
Инверсии ожиданий (май-2009)
Комментариев нет:
Отправить комментарий